Национальная система здравоохранения на пороге очередных реформ. Волну бурных обсуждений, вызванную реформой скорой помощи, сменяет новая волна дискуссий. Вопросы реформирования системы экстренной медицинской помощи активно обсуждались внутри медицинского сообщества на Конгрессе травматологов и ортопедов. Своим мнением о проблемах системы экстренной медицинской помощи и о возможных способах их решения поделился с коллегами в Интервью Президент национальной медицинской Палаты Леонид Михайлович Рошаль. 

- Добрый день Леонид Михайлович, от лица дирекции конгресса травматологов хотела бы Вас поблагодарить: несмотря на плотный график и высокую занятость, Вы все-таки нашли время приехать на открытие II Международного конгресса травматологов и ортопедов, который прошел 24-25 марта в Москве. Вы, вероятно, нечасто можете себе позволить посещать подобные мероприятия? 

- Я действительно очень занят. Но могу сказать, что нам необходимы подобные мероприятия. Любое обсуждение проблемы профессионалами всегда имеет большое значение. Важно, чтобы голос профессионалов был услышан.

- Многие участники Конгресса травматологов и ортопедов признались, что активно используют Интернет именно для того, чтобы была возможность проконсультироваться с коллегами и получить профессиональный совет. Как раз одна из секций Конгресса была посвящена теме Интернет-технологий в современной травматологии и ортопедии как источнику, позволяющему обмениваться опытом с зарубежными коллегами и следить за инновациями в медицине. А Вы используете Интернет в профессиональных целях?

 - Лично я активно использую различные Интернет-технологии: я просто живу в Интернете. Конечно, опыта контакта с травматологами других стран для определения тактики лечения у конкретного больного при помощи Интернета у нас пока не было. Просто нет такой необходимости. Для того чтобы узнавать о новых технологиях, кроме Интернета есть медицинская литература, специализированные журналы и газеты. Кстати и проводимый Вами конгресс. Например, у нас в Институте неотложной детской хирургии и траматологии созданы все условия: каждый доктор имеет компьютер, может выходить в Интернет, и каждый доктор может пользоваться теми источниками информации, которые ему необходимы. Кроме того, сейчас в институте мы формируем свою профессиональную библиотеку.

- В рамках заседаний Конгресса были затронуты многие значимые вопросы современной медицины, один из которых – реформирование системы экстренной медицинской помощи. Например, профессор С.Ф. Багненко рассказал о новой уровневой системе оказания неотложной медицинской помощи в специализированных травмацентрах*. Хотелось бы попросить Вас поделиться профессиональным мнением, что Вы думаете об этой системе?

- Я очень боюсь всякого «реформирования». Если мы насытим травматологию кадрами и не только травматологами, если мы проведем переоснащение всех, подчеркиваю, всех травматологических отделений, травматологических пунктов, приемных покоев, если мы в разы повысим заработную плату, если мы введем систему непрерывной последипломной подготовки, бесплатной для врачей – никакой реформы делать не нужно. Нужно ли приближать к больному специализированную помощь? Подчеркиваю: специализированную. Нужно. Нужно ли организационно поднять уровень оказания помощи при тяжелой механической травме? Нужно. Но это никакого отношения не имеет к «реформированию». Сейчас очень много теорий, а теории хороши только для студентов. В первую очередь, нам необходимо опуститься на землю и посмотреть на нашу материально-техническую базу. Какие-то положения можно принимать, а какие-то принимать не стоит. В соответствии с реформой скорой помощи, один из тезисов был, чтобы врачи скорой помощи приезжали в стационары и продолжали там свою работу. Это глупость. Повторяю, мы должны приближать специализированную помощь к больным, а не наоборот. Если не будет государственного плана подготовки кадров, у нас все эти размышления останутся на бумаге.

- Леонид Михайлович, дело в том, что профессор С.Ф. Багненко в своем выступлении говорил не о теории, а о конкретной, уже существующей и функционирующей системе. По озвученным профессором данным с началом применения уровневой системы количество погибших сократилось с 35 000 до 26 000.

- Многоуровневая система преемственности была разработана еще в Советском Союзе. Просто не было достаточно ресурсов, чтобы её воплотить. Сейчас дали деньги – и вот результат. К статистике я лично всегда относился, и сейчас отношусь, очень осторожно. Конечно, интересная система, но я бы перевернул все наоборот и кое-что добавил. Первый уровень – это этап, на котором происходит оказание помощи непосредственно при происшествии. Важнейший этап. Это, с моей точки зрения, помощь водителей, которые должны обладать знаниями оказания первой врачебной помощи, во-вторых, это помощь сотрудников ГИБДД (то, что мы сейчас активно продвигаем), и третье – сама скорая помощь, которая приезжает на место. Об этом мы говорим уже десяток лет. Наконец услышали. Это я бы назвал первым уровнем. Ко второму уровню могут относиться больницы, которые находятся на трассах. Кстати, у нас постоянно говорят о республиканских трассах, но кроме республиканских, есть еще и региональные трассы, к которым «человеческая рука не прикасалась». Но даже для того, чтобы доставить пострадавшего в подобную больницу, необходимо, чтобы машины скорой помощи были реанимобилями, укомплектованные подготовленными кадрами. И как раз они, в свою очередь, должны направлять в центры, где есть травматологи, нейрохирурги, реаниматологи, соответствующее оборудование, лаборатории и аппаратура. Конечно, необходимо, чтобы подобные центры были оснащены соответствующей аппаратурой и, безусловно, в этих стационарах должны работать не врачи общей практики, а конкретные специалисты. К примеру, за рубежом нет ни одного учреждения, в которое привозят травмированного больного, где не было бы КТ. Извините, но это так. Конечно, могут быть больные, которые требуют, более высокой квалификации врачей. Такие больные могут быть и в областных больницах. Мы сами иногда из областных больниц забираем тяжелых больных к себе в Институт, потому что в регионах не хватает специалистов или необходимого оборудования для обследования. И, наконец, третий уровень - над областными больницами должны быть краевые и региональные, травматологические центры и «реанимационно-консультативные пункты», где 24 часа в сутки работают специалисты. Если где-то что-то случится, специалисты смогут «удаленно» вести этих больных или очно консультировать. У нас есть еще один болезненный вопрос – это транспортировка. В большинстве регионов у нас просто отсутствует санитарная авиация. Если бы у нас была развита санитарная авиация, в некоторых случаях, сразу минуя второй этап травмацентров, попадали бы в региональный травматологический центр.

- На каком этапе развития сейчас находится служба санитарной авиации?

- Сейчас она очень плохо развивается, я бы сказал никак не развивается. Об этом говорит МЧС, об этом говорит Шойгу, об этом мы говорим, но все упирается в финансы. В нашем Институте, кстати, на крыше хирургического корпуса есть вертолетная площадка. Я хочу сказать, что мы специально построили такую больницу, чтобы все видели какие травматологические центры нужно строить. Нужно, чтобы на нас смотрели и говорили: «Почему там построили, а у нас нет».

- В своих выступлениях Вы неоднократно говорили о необходимости материально-технического перевооружения всего российского здравоохранения.

- Это не я говорю, это Путин говорит и я с ним согласен. Отсутствие материально-технической базы, высококвалифицированных кадров и системы последипломной непрерывной персонифицированной подготовки – это причины, по которым наша система не работает как надо. То, что нам необходимо оснащать приемные отделения соответствующим оборудованием – это факт. Также как необходимо, чтобы лаборатории работали круглосуточно. У врачей должна быть возможность комплексно обследовать больных. В регионах сегодня катастрофически не хватает квалифицированного медицинского персонала: анестезиологов, реаниматологов, травматологов, нейрохирургов, рентгенологов на работе с КТ, МРТ. У нас не отработаны вопросы сопровождения тяжелой техники инженерами и программистами, вопросы ремонта и обслуживания подобной аппаратуры. Если не будет государственного плана подготовки кадров, все эти размышления так и останутся на бумаге.

- А как Вы выстраивается работу с реанимационными больными в Вашем Институте?

- У нас в Институте, если поступает реанимационный больной, на интубационной трубке или без неё, его встречают в, так называемой, «шоковой» или «противошоковой палате» нейрохирург, травматолог, реаниматолог и общий хирург. В шаговой доступности, буквально 6-7 метров, у нас есть возможность сделать пациенту компьютерную томографию. Не надо никуда ехать, не надо никуда больного дергать и везти. В этой же палате есть для техника для диагностики и лечения, включая ультрозвуковой аппарат, допплер, аппарат для энцефалографии. Это фактически «вынесенная» реанимация. Кроме того, у нас также есть отделение реанимации, но туда мы поднимаем нашего пациента уже после того, как полностью разобрались с ситуацией.

- В рамках Конгресса представители Американского колледжа хирургов C.F. Larsen и P.M. Pereira провели семинар, на котором рассказали о специальных программах профессиональной подготовки медсестер, врачей и фельдшеров, занимающихся лечением острых травм ATLS и PHTLS. Что Вы думаете об этих методиках, и подойдут ли они в качестве стандарта оказания медицинской помощи для России? 

- Да, я знаком с этими методиками. Я как раз интересовался ими, когда был в Америке. Могу с полной ответственностью сказать, что уровень подготовки там выше, чем у нас. Медицинскому персоналу там даются более конкретные знания, и, что не маловажно, есть хороший спрос на эти знания. Мы постоянно поднимаем этот вопрос. Так же мы говорим о том, что необходимо изменить систему последипломного профессиональное образования: сделать его непрерывным, бесплатным и персонифицированным. Безусловно, подобными вопросами должны заниматься профессиональные медицинские ассоциации. Есть «Ассоциация травматологов-ортопедов», вот она и должна конкретно этим заниматься.

- В одном из интервью Вы говорили о доле здравоохранения в ВВП, сопоставляя эти показатели в России и США. 

- Не только в США, но и в Европе, я говорил, что у нас один из низших показателей. Сегодня здравохранение недофинансировано как минимум в два раза. Но я не могу привести в пример американскую систему здравоохранения. Я ее не люблю: она завязана на рубле, а наш народ рубль не выдержит, будет революция. Экстренная медицинская помощь – да, у американцев она превосходно работает, но не система здравоохранения в целом. 
Леонид Михайлович, Вы являетесь экспертом Всемирной организации здравоохранения, часто бываете заграницей, работаете с зарубежными коллегами. В какой стране система экстренной медицинской помощи наиболее эффективна? Приведите, пожалуйста, конкретный пример. 
Я смогу нашу страну приводить в пример, если будет сделано то, о чем я говорю. Нужно понимать, что Россия – это не Европа: ни Венгрия, ни Германия, ни Англия. Они маленькие. Здесь расстояние. Там чему можно позавидовать? Первое – оснащенности, и качеству подготовки специалистов – это второе.

- Вы, кстати, охотно делитесь своим опытом, навыками и наработками с другими травматологами?

 - Абсолютно.

- Т.е. к Вам может прийти любой травматолог и проконсультироваться? Вы ему поможете?

Любой травматолог, любой нейрохирург, реаниматолог – пожалуйста. Приезжайте к нам в Институт - мы обязательно поможем.

В завершении нашего разговора позвольте Вас еще раз поблагодарить. Дирекция Конгресса выражает Вам глубокую признательность за неоценимый вклад в развитие отечественной травматологии и сотни спасенных детских жизней. Леонид Михайлович, очень надеемся, что Вы лично сможете принять участие в III Международном конгрессе травматологов и ортопедов.

* В соответствии с уровневой системой оказания неотложной медицинской помощи в специализированных центрах травмацентры первого уровня – это областные, краевые и республиканские больницы, в которых есть все необходимое для лечения пострадавших: бригада соответствующих специалистов, медикаменты, технологии и оборудование, в том числе противошоковая операционная. Такие центры наилучшим образом подходят для оказания помощи пострадавшим с комбинированными или сочетанными травмами. Чтобы оказать экстренную помощь больным с изолированными травмами вдоль основных трасс страны активно создаются так называемые «выдвинутые центры», травмацентры второго уровня. Они располагаются на расстоянии от 70 до 150 км друг от друга. Центры третьего уровня объединяют бригады врачей, занимающихся оказанием медицинской помощи на месте происшествия и дальнейшей транспортировкой пострадавших в травмоцентры соответствующего уровня.

Информация от пресс службы: Интервью с Л.М. Рошалем опубликовано в медицинском научно-практическом электронном журнале РОСМЕДПОРТАЛ.КОМ/ ROSMEDPORTAL.COM  в разделе "Выбор читателей".